М.Л.Плахова

Б.В.Алексеев

Вверх и вниз по Амазонке

Книга известных художников М. Л. Плаховой и Б. В. Алексеева во многом отличается от научно-популярных книг и рассказов о путешествиях. Все началось с того, что профессиональные художники участвовали в научных экспедициях на научно-исследовательском судне «Дмитрий Менделеев» в Тихом океане, позднее — на корабле «Академик Курчатов» в Индийском океане.

как стричь прямую челку правильно

Встреча в океане. Самое синее. Два раза о шлюпке. Ахмед ибн Маджид и Сулейман Махри

взбесив­шимся быком можно сравнить прыжки нашего шлюпа. Или это, с быками, называется родео? Голова отказывается соображать что-либо.

Не могу сказать, сколько времени длится подслушива­ние бесед дельфинов и прочих обитателей моря. Как избавление от мук до сознания доходит бодрое тарахтенье мотора. Буксируя аппараты, медленно идем к кораблю. «Курчатов» вырастает на глазах, извлекаю фотоаппа­рат — иначе к чему были муки. Избавление близко, судно уже не вмещается в кадр.

Ну как, понравился открытый океан? — радушно спрашивает Белькович.— Пойдете с нами в следую­щий раз?

Обязательно! — отвечаю Всеволоду Михайловичу, а про себя думаю: «Ни за что, разве что отнесут свя­занного».

Плахова молчит, но великодушно подает мне стакан крепко заваренного чая. Теплым и неприятным кажется душ. Так бесславно кончается мой выход с группой биоаку­стиков.

А на вертолетной палубе, под натянутой шатром круп­ной сеткой, слышны азартные вопли и удары по мячу: сражаются волейбольные команды «Смутьяны» и «Гайки». И что самое удивительное — в их числе моряки, что ходили с нами в океан на шлюпе. Поневоле вспомнишь слова средневекового мудреца: «Океан — это предел суши, грань материков, лоно, приемлющее реки, источник дож­дей, убежище в час опасности, наслаждение в час досу­га — это стезя смелых». 

«Академик Курчатов» держит курс к небольшому островному государству, затерявшемуся в самом центре Индийского океана,— Республике Сейшельские Острова. Ровно месяц прожит без единого захода на твердую землю. С высоты палуб, в иллюминаторах, с кормы и бака, с лево­го и правого борта — один лишь беспокойный, вечно меняющий лицо океан, живое движение воды, феерия рассветов и закатов, непредсказуемые эффекты света и красок.

Закат всегда норовит застать врасплох. Сегодня, лишь стал угасать день, стеной поползла из-за горизонта темная клубящаяся масса, выталкивая отдельные облачка. Уже затянута половина небосвода, а туча-великан все рвется к центру небесной сферы, разрезая ее на две половины: с одной стороны — зловещая тьма, с другой — набухает вечерней золотистой спелостью чистое небо. Океан тоже расчленен светом и мраком на две части: густой, свинцо-во-лиловый под тучей — против светлого и живого.