М.Л.Плахова

Б.В.Алексеев

Вверх и вниз по Амазонке

Книга известных художников М. Л. Плаховой и Б. В. Алексеева во многом отличается от научно-популярных книг и рассказов о путешествиях. Все началось с того, что профессиональные художники участвовали в научных экспедициях на научно-исследовательском судне «Дмитрий Менделеев» в Тихом океане, позднее — на корабле «Академик Курчатов» в Индийском океане.

Статья с сайта tigerasset

Средиземное море. О чудесах и лунной радуге.

закончив институт, получил приглашение в аналитическую лабораторию Института для разработки темы «Аппаратура обнаруже­ния и регистрации нефтяной пленки на поверхности океана».

— С тех пор минуло более десяти лет работы в Инсти­туте. Долго не мог решиться перейти в Южное отделение, хотя и привлекала возможность работы в непосредственной близости от моря: ведь именно здесь идеи, родившись в московских лабораториях, проходят проверку, получают путевку в жизнь. Именно здесь испытываются на судах макеты новых приборов,— увлеченно рассказывает Мас-лов.— У нас сложился хороший, стабильный коллектив, способный вести работу практически со всеми видами подводной техники. Сегодня наряду с традиционными направлениями — геофизики, геологии, гипербарической техники — усиленно развиваются волновая энергетика, гидроакустика. Совсем недавно был проведен уникальный эксперимент: впервые в стране получена ценная на­учная информация о состоянии человека во время длитель­ного пребывания на больших глубинах.

Четыре участника эксперимента в течение полутора месяцев находились в гипербарическом комплексе. Там, в барокамере, были созданы условия погружения на большие глубины.

А «Прибой» все дальше уходит в море. Кок Евгений готовит удочки с наживкой, надеясь, что вложенный капи-

тал даст доход. Где-то под водой движется невидимый «Аргус». Наблюдатель Сергей приготовил журнал испыта­ний, а пока, пользуясь свободной минутой, дочитывает книжку, делая пометки в клетчатой тетрадке. С нами он не общается, как, впрочем, ни с кем, темноволосый, худо­щавый, по-мальчишески угловатый. Глаза прикрыты со­лидными темными очками. Сережа не шутит, не улыбается, не отвлекается на досадные мелочи, каковыми считает общение с нами; похоже, мир для него делится на аква­навтов и людей, чьи познания о водной стихии ограничи­ваются ее поверхностью,— всех тех, для кого дно лишь линия, вычерченная эхолотом.

Что движет юностью при выборе подобной профессии? Случай? Призвание? Жажда острых ощущений? Испокон веку море служило ареной приключений для смелых, акванавты же отрезаны от мира больше, чем космонавты в полете.

— Первой моей мечтой было,— говорит после при­ложенных мною усилий стажер-гидронавт Сергей Хол­мов,— учиться в кораблестроительном институте в Ле­нинграде. Туда я и попал, на приборостроительный фа­культет.

Осуществление второй мечты — работать на батиска­фе — тоже не задержалось. Ястребов, крупный специалист в области подводных исследований, готовил экспедицию на новом «Витязе». Из Южного отделения был взят «Ар­гус». Его экипаж, в том числе Сергей, тоже отправил­ся в рейс исследовать ту самую, загадочную, гору Ам­пер.

— Как это ты его «разговорила»? — спрашивает На­талья, отложив альбом (ею задумана картина-триптих «Акванавты»).— А вот у меня ничего не вышло!

Сергей несколько поспешно погружается в книгу Риф-фо и Ксавье ли Пишона «Три тысячи метров Атлантики». Через его плечо заглядываю в отчеркнутую страницу: «Человек подобен водяному пауку, что дерзко проникает под воду, захватив с поверхности пузырек воздуха. Стоит воздушному пузырьку лопнуть, и прекрасная мечта превратится в конец».