М.Л.Плахова

Б.В.Алексеев

Вверх и вниз по Амазонке

Книга известных художников М. Л. Плаховой и Б. В. Алексеева во многом отличается от научно-популярных книг и рассказов о путешествиях. Все началось с того, что профессиональные художники участвовали в научных экспедициях на научно-исследовательском судне «Дмитрий Менделеев» в Тихом океане, позднее — на корабле «Академик Курчатов» в Индийском океане.

кухни заказ

Средиземное море. О чудесах и лунной радуге.

Испорчены упавшие холсты, испачкан масляной краской пол, на ватмане отпе­чатки собачьих лап, но я прощаю псу устроенный погром и даже пытаюсь его утешить — ведь он искал защиты именно у меня и нырнул именно под мою койку.

Утром гроза уходит, потянув за горизонт шлейф сизых облаков. В сосновой рощице поблескивают влажные игол­ки. Но любоваться некогда, проспав, бежим к причалу. «Прибой», маленький кораблик Южного отделения, гото­вится буксировать батискаф.

«Аргус», влекомый лебедкой, как чудо морское, выпол­зает из своей алюминиевой норы. С пристани спешим перебраться на палубу «Прибоя», но не тут-то было: норо­вя схватить за ноги, несет у трапа вахту микрособака с отвислым щенячьим пузиком.

— Это наш Джим! — сообщает, выглянув с камбуза, кок Евгений.

— Какой он Джим! — протестует Наталья.— Это не Джим, а Тюлька.

«Аргус» уже дополз до кромки берега. Широкие колеса платформы окунулись в прозрачную полоску пены. Через несколько секунд над батискафом смыкается по-утреннему светлая вода, еще угадываются очертания, но вот сияние корпуса не может пробить толщу вод, слабеет и меркнет, будто задули светлое пятно фонаря.

«Прибой», пятясь кормой, отходит от причала. Все шире панорама берега. Белесые скальные сбросы, похожие на слоеный пирог, правильными треугольниками сжимают долину, волнистая линия холмов еще подернута туманом. Ветерок колеблет над берегом золотистое облачко пыльцы: цветет сосновая роща. В первых, слабых лучах вспыхивают красные черепичные крыши коттеджей-лабораторий.

По мере удаления от земли вода приобретает плот­ность разлитой ртути, кажется густой и вязкой, как сироп.

— «Аргус», «Аргус», вы меня слышите? Прием...—
вопрошает наблюдатель.

Теперь только человеческий голос остается непрочной связью батискафа с поверхностью. В голубом комбинезоне с узкими лямочками на плечах наблюдатель кажется совсем мальчишкой. Не такими представлялись акванавты, чредой выходящие из вод морских.

В день приезда мы обратились к Владимиру Юрьевичу Маслову, заместителю директора Института океанологии по Южному отделению, с просьбой познакомить нас с экипажем.

Это пожалуйста, сейчас представлю нашу троицу. Вот и они.— Булыга, Сирота и Нищета.

Это что, настоящие фамилии? — изумляется На­талья.

— Конечно, настоящие,— с улыбкой подтверждает

Маслов.

Владимир Юрьевич — черноволосый, темноглазый, энергичный человек. В 1973 году,