М.Л.Плахова

Б.В.Алексеев

Вверх и вниз по Амазонке

Книга известных художников М. Л. Плаховой и Б. В. Алексеева во многом отличается от научно-популярных книг и рассказов о путешествиях. Все началось с того, что профессиональные художники участвовали в научных экспедициях на научно-исследовательском судне «Дмитрий Менделеев» в Тихом океане, позднее — на корабле «Академик Курчатов» в Индийском океане.

. надежная защита окон http://mirrolet.com.ua/sistemy шторы и ролеты тканевые от дизайнеров;как похоронить человека в киеве изготовление мрамора kamendvir.com, продам памятники

Восьмое марта. Дельфиний визит. Хлеб и наука, или Тысяча двести буханок в рейс

Вторник, 8 марта, в 10 часов 15 ми­нут вышли из Красного моря, вошли в Индийский океан.

Из дневника экспедиции

Плахова

Баб-эль-Мандебский пролив переводится с арабского как «Ворота слез». Пролив считается «хитрым», опасным для судоходства из-за течений: в поверхностном его слое менее соленая вода идет в Красное море, а в глубинном более соленая — из Красного моря в Индийский океан. В течение одного лишь года из Европы в страны Восточной Азии и Австралии через «Ворота слез» проходит до двадца­ти тысяч судов.

Сегодня праздник. Ради Восьмого марта очищается небо, на глазах оживают краски. Море приобретает проз­рачность и глубину, долго виднеется упавший за борт предмет. Вокруг растекается мерцающая нежно-голубова­тая дымка, воспетая в литературе как «таинственная дым­ка Южных морей», и кажется, шелестят рядом удиви­тельные страницы книг Роберта Льюиса Стивенсона и Германа Мелвилла, Джека Лондона и Константина Ста­нюковича.

Народ выбирается из лабораторий на палубы под ласковые небеса, накрывшие мир синим куполом. В такой день у человека не может быть разочарований. Перед оснащенным мощной фото- и бинокулярной аппаратурой Бельковичем, стоящим на посту в надежде подкараулить китообразных, как и следует ожидать, немедленно появ­ляется стая дельфинов. Упругие тела с лоснящимися синевой спинами взлетают над водой и, описав дугу, уходят в глубину, не вспенив воду. Но вот крупный краса­вец отделяется от стаи, приближается, взлетает рядом с кораблем и неловко, гулко шлепается в море, поднимая фонтаны брызг. Второй прыжок следует за первым — и вновь шлепок и брызжущий каскад.

— Ой! Он, наверное, ушибся! — раздается женский сочувствующий голос, но веселый дельфин, описав круг,
уже возвращается обратно и, к удовольствию публики, совершает еще один, самый искусный из всего дельфинье­ го репертуара прыжок, беззвучно, без всплеска уходя под воду.

Дождавшись окончания сольного номера, еще один дельфин отделяется от стаи, и члены экспедиции стано­вятся зачарованными свидетелями целой серии синхрон­ных, голова к голове полетов над водой.

Белькович сияет, будто лично ему нанесен дельфиний визит.

— Видите, какое любопытное существо! — комменти­рует он происходящее.— Ведь это он к себе внимание
привлекал! Сейчас стая идет параллельно судну, но дель­финам свойственно стремление «прокатиться» на отраженной, поднятой винтами волне. Поставят хвост в определенное положение и, не тратя мышечной энергии,
мчатся, сбалансировав скорость.

Сопровождающий нас эскорт не хочет ставить хвосты и кататься на волне! Круто развернувшись, будто выполнив морскую команду «поворот всем вдруг», стая уходит в бирюзово-лазурное сияние.

Женщины относят приятный визит на свой счет — ведь дельфиний народ посетил нас Восьмого марта!

[1]23